Enrof.net - форум фэнтези-портала

[Дочь железного дракона]

Выкладываю свои рассказы на ваш суд)

3 марта
Жестокая и глупая. Да, милая, я опять пишу тебе. Черт побери, какая же я…влюбчивая? Да нет. Это называется другим, менее вежливым словом.
Помнишь, я тебе говорила, что встречаюсь с готом? Ну так вот. Я встречалась с ним 4 месяца. Представляешь?! Я – и четыре месяца. С ума сойти. Поначалу все было просто прекрасно. Он подарил мне розу на третьем свидании (ты же знаешь, что мне не то, что роз, так даже на 8 марта от класса ничего не дарили). Было холодно. Я сидела на скамейке в парке и замерзшими белыми пальцами (он за мои тонкие белые руки называл меня королевной…) держала розу так, будто боялась сломать. Я тихонько дула на нее и ласково гладила по лепесткам. А он заворожено наблюдал за мной и стоял, спиной укрывая от ветра. Когда он дарил мне цветок, то быстро и неловко поцеловал меня в щеку. А потом отпрянул и испугано заморгал. Я чуть не улыбнулась. А небо прояснилось за какие-то пять минут… было пасмурно, но налетел ветер и черные голые ветки деревьев тихо зашумели, а облака побежали быстро-быстро…Небо вскоре стало чистым, пронзительно – голубым. И мы видели, как медленно опускается солнце, бросая на нас последние кроваво-красные лучи. Да-а-а…Я, похоже, уже романтизирую все, что было. Ну да ладно. Я просто хочу показать тебе всю глубину моей ошибки и моей эгоистичности. Ты помнишь, видела его как-то на улице? Еще сказала, что не очень-то симпатичный? А мне он иногда казался почти красивым. Ах, если б ты знала, какая у него теплая, нежная кожа…Он любил класть голову мне на колени, а я перебирала его кудри. Помнишь, они так необычно вьются, как на парике какого-нибудь лорда? Тугими спиралями…Мило, да? Да. Я, наверно, была счастлива. А тот раз, когда он сказал, что любит меня? Он потом говорил, что у меня лицо преобразилось и засияло, будто внутри зажгли свечу. Я была прекрасна. Ты не думай, я не хвалюсь. Просто - так и было. Мы ходили, держась за руки. Я ужасно смущалась... Мне казалось, что это выглядит смешно. Представляешь – два явных гота идут, держась за ручки и, причем один из них глупо ухмыляется. Н-да…
И представляешь – все оказалось ошибкой! Последнее время я сильно болела. Я держалась с ним очень холодно. Он почему-то стал меня раздражать. Временами мне казалось, что рядом со мной совершенно чужой человек и тогда я недоуменно взглядывала на него. Но продолжала изо всех сил улыбаться. Мы стали ссориться. Он разговаривал со мной неприязненно, даже, как мне казалось, враждебно, когда мы спорили. Меня это обижало, и однажды я не выдержала. Мы заговорили о том, чего бы мы хотели достичь в будущем. Я сказала – высокооплачиваемой, желательно интересной работы. Он возмутился, сказал, что не ожидал от меня такой приземленности, что он хотел бы даже голодать, только бы заниматься любимым делом, что деньги ему не нужны… Мне такое уже говорили.… Помнишь? Тоже один идеалист. Не понимаю... Я просто не понимаю этого! Неужели я и правда такая приземленная? Но я же пишу стихи… Ты их читала. Не знаю…Он говорил десять минут. Таким почти пафосным тоном изрекал абсолютно правильные вещи…. Я выслушала, а потом отчужденно, будто не своим голосом сказала ему, что устала, что он говорит только о себе, что я болею и не могу постоянно слушать его излияния и измышления в таком огромном количестве, что меня не устраивает то, что его не интересуют мои переживания, что он никуда меня не приглашает и сам не идет, когда приглашаю я. Что он не добивался моей любви… Я много чего ему наговорила. Я была как будто во сне. Одна часть меня ужасалась: « что ты делаешь! Ты же ранишь его!». Другая говорила: «он сам упустил шанс. Ты не должна больше себя мучить.» Смешно, да? У меня, оказывается две части. Раздвоение личности господа-с. Да я это так, образно выражаясь.…Хотя чего уж теперь.
В общем, я предложила расстаться друзьями. Банально, да, но ничего не поделаешь. Он сказал – подумает неделю. Я тогда как раз в Вологду ездила. Боже, что это была за неделя! Чего я только не передумала. Не буду сильно распространяться, скажу только, что было очень трудно и больно. Но я знала, что поступила верно. Потом он ко мне пришел. Мы поговорили. Точнее это он говорил. Я узнала, что я оказывается, еще не готова к серьезным отношениям, инфантильная и вообще – гоняюсь только за удовольствиями… Он говорил снисходительно, любуясь собственным горем и подчеркивая собственную исключительность. У него, оказывается, слишком большое самомнение. Причем необоснованное. А еще он сам засомневался в том, что любил. Это было больнее всего. Наверно, я была права, когда говорила, что это не любовь, а только ее предчувствие. Я все могла снести, но этот снисходительный тон.…Эта самовлюбленность…Я не мигая строго смотрела на него. Мне было чуть ли не противно. Он засуетился, встал и ушел. Кто был прав? Я? Он? Да и важно ли это?...Теперь…Я еще долго буду вспоминать и думать обо всем. Спрашивать себя, почему была с ним. Неужели из-за своей извечной кошачьей блудливости? Да нет….Что-то было. Что-то похожее на любовь….Но что стало потом? Подумай и ты. Жаль, что я никогда тебя не знала.…Спасибо.
На память крест, да пара фотографий.
Рассказа два, да несколько стихов…
И под ногами тихо шепчет гравий,
И слышится знакомый шум шагов…
P.S.: Я и правда была счастлива.
3.03.07. Череповец.



15 октября
Знаешь, все оказалось ложью. Я поняла – он малодушный человек. А может – просто запутался. Сначала сказал, что…да ладно. Не важно. Он меня даже замуж звал, представляешь?! А на утро открестился – мол, пьяный был, за слова не отвечаю, и вообще.…А он и не пил почти. Да не в этом дело, я замуж-то не хочу. За него тем более. Я …Я очень огорчилась, сама не знаю почему. Будто меня предали. И поругались с ним. Собиралась две недели не разговаривать, но потом скучно стало и позвонила. Последнее время мы часто ругались. Из-за всякой ерунды. Помнишь, он утверждал, что я в него влюбилась? Вот это дикость! Я потом долго смеялась. Ты же меня знаешь – я своих чувств не скрываю. Если человек нравиться, то прямо так и скажу. Я ему это объяснила. Похоже, он не поверил. Сказал, что разговариваю с ним тоном влюбленной девчонки (ну, может тут он немного прав – кокетство у меня редко, но случается). Я опять все объяснила, извинилась, и сказала, что постараюсь разговаривать нормально. Я – то относилась к нему как к другу. И не смотря на все его чудачества, насмешки и абсолютно невозможные взгляды на жизнь, я продолжала по-доброму к нему относиться. Он не раз оскорблял меня (может, и непреднамеренно), издевался, спорил, постоянно делал то, чего я просила не делать (а в частности не твердить постоянно о том, что я младше. 10 лет – не такая уж и разница). Тем более что психология-то у него…сама знаешь. Дитё, да и только. Мне было жаль его. Неустроенный, несчастный, весь запутавшийся в своих философиях и проблемах. Что бы он не говорил, это так….И это замечала не только я. Я пыталась как-то помочь, но, видимо, плохой из меня помощник. Я всего лишь читала стихи, если он просил, доверяла и старалась помочь. Искренне старалась…Я, пожалуй, любила его, как братишку. Младшего. Но то ли я плохо все объяснила, то ли он такой непонятливый. Но однажды, когда мы помирились (неделю не разговаривали), он сказал: «знаешь, ты права. Я не хочу с тобой общаться. Я говорю это обдуманно, и я не пил, ты не думай…Просто мне все это надоело и напоминает глупый роман…». Дальше я уже не слушала. Я смотрела, как по стене движется тень от моих волос. А потом что-то защекотало щеки, и я поняла, что плачу. Он говорил что-то пустое, пытался смягчить свои нелепые слова….Но мне-то было уже все равно. Я не дослушала и положила трубку. Вот уж месяц прошел, а боль будто и не уменьшилась. Я поначалу не знала – плакать или злиться. Злиться я не могла. Была лишь пустота, оцепенение и горькая-прегорькая обида. Ну за что же так?...Ну и – а как же без нее – боль. Я вспомнила все, что сделала не так, в чем провинилась. А потом поняла – он испугался. Трус. Испугался, что мы слишком много сказали друг другу… Он испугался трудностей, себя и меня. Ты сказала, что он, возможно, сам влюбился, но испугался и себе-то признаться. И, чтоб не бояться дальше, поступил так. Ты, скорее всего, ошиблась, но кто знает.…Да еще эти его предубеждения насчет нашего общения. Ну, это же глупо. А я-то просто старалась быть достойным другом. Интересно, а ему было больно? Опять же – кто знает…теперь-то уж все равно. Я хотела позвонить ему в конце месяца, но, пожалуй, не буду. Не знаю, что сказать….Глупый, глупый…Что бы там ни было – а я очень хорошо к тебе относилась. Ты уже стал почти другом….Ты сказал – так будет лучше. Да кто позволил тебе решать, что будет лучше для меня?! Ты не прав, слышишь?! Я слишком доверчивая….Да, мы не будем ссориться по пустякам, сможем выкинуть из головы все, что сказали друг другу, будет на одну меньше проблем….Но ты не прав. Так не лучше. В любом деле нужно идти до конца. Каким бы он не был. Как у Сидоренко: « То, что любишь, нужно любить до конца». Ну, или ненавидеть….Это уж как получится. Нельзя трусить и убегать в кусты. Вот потому ты и страдаешь. Из-за своих страхов. Я не знаю, что будет дальше. Возможно – ничего. Но я – не ты. И никогда не отступлю.
…Спасибо, что выслушала меня. И – будь счастлива. Я никогда тебя не знала, но все же…
***
Тебе не нужны мои сны.
Тебе не нужны мои крылья.
И звездной сверкающей пылью
Рассыплются слезы мои…
Я снова была неправа.
Жестоко ошиблась невольно.
Как все-таки точно и больно
Умеют поранить слова!
***
15.10.06.Череповец.



Возвращаться всегда больно

«…все думали – это про них, не зная, что это про нас…»
Fleur (О людях, попавших в шторм)
…Возвращаться всегда больно. Не правда ли? Возвращаться к тому, что хотелось не помнить, что навсегда умерло для тебя. Но все же…Что не дает нам забыть былые ошибки? Что заставляет нас мучиться снова и снова?...
Я никогда не напишу про нас.
Ты знаешь, я жду звонка. Я не могу позвонить сама и не могу ждать…я не знаю, чем все кончится и продолжится ли, но я не забуду, нет. Я опять хочу увидеть тебя. Я хочу поговорить. И знаешь, я стала такой беспокойной. Я … внутри все дрожит. Почему же? А тогда был туман. Я шла сквозь него, пытаясь поймать, то, чего не было. Я гналась за призраками. Не знаю зачем. Время текло бесшумной рекой мимо и мимо. На щеках таял туман…или это я плакала? Ты сейчас говоришь со мной,…а я хочу тебя увидеть. Да. А ты так близко. И далеко. Я не знаю, что еще нужно тебе сказать…Ты прости, если что не так.
Я все прощаю.
Ты знаешь – я почти люблю.… Почти. А ты - уже. Я, наверно, не умею. Боюсь, это не настоящая любовь, а только ее предчувствие. Я не похожа на твою мечту. Не похожа…Я так боюсь, что все кончится. Я знаю. Но как же не хочется думать об этом…
***
…Солнце безжалостно лезло в глаза, не давая спать дальше. Олеся поморщилась, чихнула и проснулась. Несмотря на смутные сны настроение было самое веселое. Сегодня – долгожданный выходной, что особенно радостно для такого занятого человека как журналист. Девушка еще немного повертелась в постели и села. Девять часов… Пора вставать. Леся широко зевнула. Сегодня надо съездить к Катьке. Та на лето перебиралась жить к маме в деревню. Вот уж кому повезло! Лес, тишина, воздух свежий.… А главное – никакого начальства. Леся поежилась. У нее с новым начальником отношения явно не сложились. Но это – потом. Сейчас нужно как следует насладиться свободным днем.
***
Может ли быть что-то лучше скорости, теплого ветра и солнечного неба, летящего тебе навстречу? Послушной малейшему движению руля машины? Предчувствия свободы? Не знаю…
***
Олеся неспешно вырулила на проселочную дорогу и, отсчитав пять домов с краю, остановилась. Не успела она захлопнуть дверцу, как навстречу ей из калитки с лаем выскочила дворняжка, а за ней и хозяйка.
- Киса, фу! – прикрикнула на собаку Катя. – Я уж думала, ты не приедешь…
- Не дождешься! – усмехнулась Леся. – Слушай, а почему «киса»? Это ж вроде собака.
- Да это мама у меня учудила, – обнимая подругу, ответила девушка. – Веришь ли, когда ее только принесли, ростом она была с кошку. Ну, мама сослепу и приняла за котенка. Ой, говорит, какая киса! Так и прозвали.
Киса тем временем, обнюхав Олесю, презрительно чихнула и удалилась под крыльцо. Катька, не переставая вещать утянула ее на двор. Там Лесе были последовательно показаны курятник, огород, баня и дом. В довершение экскурсии Катя объяснила, что такое « журавль» и как им пользуются. Журналистка очень удивилась, узнав, что эта большая рогатка с палкой посередине предназначена для добывания воды из колодца.
Затем последовал долгий и обильный обед, в течение которого появились на столе и исчезли пироги со сметаной, окрошка на квасу, яблоки, земляника и ягодный морс. После обеда, под сочный хруст яблок, потекла неспешная беседа. Катерина говорила в основном о хозяйстве: жаловалась на засуху, переживала за урожай. А Леся жаловалась на начальство и сообщала свежие новости из города. . Между делом Катя заметила:
- А помнишь старую церковь на выселках?
-Ну.
-Так ведь ее отремонтировали, и теперь там поселился дьячок. Молодой еще. С местными не общается, но если кто по делу придет – не гонит.
Олеся глянула на часы:
- Если сейчас выеду, то посмотреть успею, да и домой засветло приеду.
- Да погоди еще, рано ведь! – попыталась урезонить ее подруга, но в Леську будто бес вселился: поеду – и все! Катя уж пожалела, что заикнулась о церкви.
Уезжая, Олеся чувствовала себя немного виноватой, но обещалась непременно приезжать еще. Катя долго стояла на дороге, провожая взглядом серебристую иномарку, за которой, захлебываясь лаем, неслась Киса.
***
Олеся поставила машину в кустах сирени, что густо росла у церквушки, и направилась к маленькому дому, примыкавшему к часовне. Осторожно, боясь вздохнуть, она отворила калитку, но та и не скрипнула, смазанная заботливой рукой. Девушка не могла объяснить, почему она так волнуется. И почему ей вдруг так захотелось поехать сюда...? Катьку бросила.…Невежливо получилось. Леся задумчиво огляделась. Дом из неотесанных бревен, видимо, недавно поставили. Но на окнах висели белые занавески. А крыльцо тщательно выметено. Старый забор аккуратно подновлен, а рядом с домом, под навесом, сложены свежие поленья. Во всем чувствовалась хозяйская рука. Девушка нерешительно сделала шаг вперед, но тут хлопнула дверь, и навстречу ей из дома вышел мужчина да так и застыл. Два человека стояли на разных концах тропинки и чутко, как дикие звери, слушали дыхание, жадно вглядывались, не смея поверить…
Тихо, одним дыханием: « это ты…»
И, как эхо, в ответ: « Александр…»
***
Они проговорили до самого вечера. Было что вспомнить. Расставались так глупо, так нелепо.… Но – неизбежно.
- Ты знаешь , я все еще люблю тебя, – отвернувшись от окна, сказал Александр. Он внимательно смотрел на нее, будто желая отыскать на изменившемся, но до боли, до родинки знакомом лице те же чувства. Олеся сидела вся какая-то притихшая и грустная, а закатные лучи обливали ее алым и волосы отсвечивали небывалыми огненными сполохами.
-Я знаю…
- Я много думал об этом. И, кажется, понял…
- Я тоже.
Он вздохнул и переменил тему:
- Ты не останешься? Уже темно.
- Пожалуй.
- А дома волноваться не будут?
- Некому. Я живу одна.
И всю ночь не могла Олеся уснуть. Она думала и вспоминала. То, что казалось давно и прочно забыто, не давало ей покоя. Память – она такая.… Все просто: он любил ее, а она – нет. И почему не спала она ночей? Зачем думала и казнила себя? Почему сейчас так грустно вспоминать? Девушка встала с нагретой постели, уступленной хозяином, и отворила в окно. Теплая летняя ночь обдала легким дыханием, сладким от запаха свежего сена и сирени и живым от неумолчного стрекота кузнечиков. За спиной тихий шепот:
- Не спишь… - и горячие руки на плечи. Девушка вздрогнула. Она уж забыла как это – его руки на коже. И больно и сладко…Можно же все вернуть.… Начать сначала. Они оба взрослые теперь, и многое изменилось.… Но многое осталось прежним. И никуда не исчезнут те года, что разделяют их.
- Не стоит…- вздыхает Олеся, чувствуя у щеки теплое дыхание. – Не стоит. Как ни банально, но прошлого не вернуть.
- А ведь мы могли бы.…Да, ладно. Ты права – не вернуть. Слишком много было встреч и расставаний, – и, тихо ступая, он вернулся на свою смятую постель. Он тоже не спал в ту ночь…
***
Как бы нам порой ни хотелось вернуть все, как бы ни желали мы исправить то, что было, – нельзя забывать, что все в жизни бывает только раз и что ничего нельзя сделать заново.
***
Утром она уехала. Напоив Олесю чаем, Александр вышел провожать её на крыльцо. Никто не вспоминал того, что было ночью. Ночь ушла, забрав свои тайны, случайные вздохи и странные слова. Ушла, оставив смутное воспоминание. Как о забытом сне. Девушка остановилась в конце тропинки и, улыбнувшись, помахала рукой. Быстро отвернулась, чтобы он не заметил блестящих слезинок, что так некстати скатились по щекам. Но он все равно видел и не пытался скрыть своих грустных, посветлевших глаз. Да она бы и не увидела. Она была близорука.
***
Олеся ехала, внимательно следя за дорогой. Цветы сирени, что осыпались в открытое окно ночью, теперь подпрыгивали на сиденье, напоминая о встрече. Какая-то светлая грусть пополам с улыбкой теснила ей сердце. « Пусть у него все будет хорошо. Пусть он никогда больше не тоскует. Пусть…» - думала она. И, улыбаясь, подставляя ветру лицо, тихонько запела:
Я не забуду. Я не смею.
Я буду верить и терпеть.
Я ухожу и не жалею.
Я не умею сожалеть.
Не закричу и не раскаюсь,
А буду тихо вспоминать.
Я ухожу и улыбаюсь.
Я буду помнить и мечтать.
Мечтать о том, что не напрасно
С тобой когда-то я была.
И будет жизнь твоя прекрасна…
Я ухожу. Уже ушла….
***
Когда машина уехала, увозя с собою Олесю, он поймал себя на мысли, что у него, впервые после стольких лет, в голове зазвучала музыка и стали возникать слова.
Он повернулся и пошел к дому.
Наверное, он скоро вернется на сцену.
***
12.02.07. Череповец.



За горизонтом сознания
Никто не знает, что происходит за горизонтом человеческого сознания
З.Фрейд
Споткнулась, упала. Встаю. Эх, огня бы мне! Ночью в лесу темно и сыро. Где-то высоко, в кронах деревьев печально вздыхает ветер. Я опять падаю, не заметив в темноте скользкого от дождя бревна. Все, больше не могу. Надо сделать привал. Я поискала глазами наиболее сучковатое дерево и влезла на него. Было не очень удобно, но я кое-как умостилась на развилке ветвей и поджала ноги.
Как только начало светать, я с трудом спустилась вниз, разминая затекшие конечности. Я почувствовала жжение в груди и прижала руку к сердцу. Постояв с минуту, я пошла дальше. В глазах темнело, боль накатывала волнами, по щекам текли слезы – я не вытирала их….шум в голове…Я…Я.. Почему я здесь? Как мое имя? «Назовите… Позовите меня по имени.…Пожалуйста….» Земля в мокрых листьях рванула навстречу и в голове вспыхнула разноцветным каскадом боль.
Я лежала на белых мраморных плитах. Какие холодные.…Как хорошо. Что-то теплое и влажное коснулось щеки, когда я попыталась встать. Видимо, это моя кровь….Странно….Ран нет…Я решила, что раз смогла поднять руку, то поднимусь сама. Это было ошибкой. Боль опрокинула меня навзничь, и я приложилась головой об пол. С минуту я лишь тяжело дышала, потом поудобней подвернула руку и приготовилась ждать. Мне некуда спешить. Впереди вечность. Чтобы не скучать, я повела глазами, пытаясь из положения лежа увидеть хоть что-нибудь. Боль жила во мне отдельным существом и я даже не пыталась прогнать ее. Просто ждала, когда ей надоест терзать мое тело и она уйдет. Теплый ветер повеял на лицо и осушил холодный пот. Стало будто светлее…Хорошо-то как.…Если б я умела – я бы улыбнулась. Но, к сожалению, я забыла, как это делается. Голос, раздавшийся надо мной, не удивил. Удивляться я тоже разучилась.
-Кто ты? Что с тобой? – я не отвечала. Это, должно быть морок. Я просто слушала чудесный, ласковый голос.
-Кто ты? – в нем зазвучала боль. - Кто?... – и, внезапно догадавшись, - Знаю… Мятежница.
Ласковый ветер осторожно поставил меня на ноги, осушил пот, исчезла боль и кровь. Я не смела поднять глаза. Это не морок. Гораздо хуже. Ангел.
-Тебе лучше? – Я кивнула.
-Почему тебя так мучают? Ты, верно, устала….Хочешь – возьму тебя с собой? – Я мотнула головой.
-Что ты молчишь? – грустно спросил он. – Почему не хочешь пойти со мной?
Я промолчала.
-Почему ты…не смотришь мне в глаза? – тревожно шепнул он. Ангел осторожно взял меня за голову и потянул вверх, принуждая смотреть. Я прикрыла глаза, потом резко распахнула их. Это заставила ангела отшатнуться. Он с изумление и болью вглядывался в мое лицо. А его собственное было так красиво этой нежной, неземной, одухотворенной красотой. – Ты….Я понимаю. Ты хотела уберечь меня от этой боли…
-Да. Ангелы, видя мое лицо и читая все в моих глазах, как умеют только они, начинают сомневаться в правоте Господа и теряют покой. Им не перенести такой боли.
-Я выдержу. Позволь помочь тебе, разделить с тобой эту боль…- Я молчала. Для ангела нет ничего хуже, чем чувствовать чужую боль и не суметь помочь. Но никто еще не был столь дерзок, чтобы предложить помочь. Обычно они плакали и улетали, понимая, что я не решусь навлечь на них гнев Господа и не поделюсь болью.
-Ты знаешь, на что идешь?
-Знаю, – ответил ангел и посмотрел в глаза. Он не плакал и не выпустил из рук моего лица. Он ничем не отличался внешне от других ангелов, но он был …похож на меня.
- Только я смогу помочь тебе. Верь. – Я не ответила. Лишь кивнула и протянула руки.
…Я снова шла через лес, но теперь знала, что дойду. Рядом со мной невесомой походкой шел ангел, у которого отняли крылья и который не жалел об этом.
24.03.07.Череповец


17 мая
Ты не поверишь, но у меня опять та же история. Предали, бросили….Да нет. Не бросили и не предали. Просто очередная черная полоса в моей личной жизни. И что их так много? А какое это послание тебе от меня? Тысячное? Нет? почему-то мне кажется, у тебя – темные глаза. Ну вот. Я даже не знаю какого цвета твои глаза, милая. Ну да ладно. Вот послушай.
Невозможность. Безысходность. Но это чистое небо! Но это солнце? Да почему же? Почему никогда не станет моей эта жизнь? Почему никогда не будет со мной улыбаться этот человек? Почему никогда не смотреть нам в одну сторону?! Ведь мое сердце разрывается от этой невозможности, от этого близкого и недостижимого тепла. Одна мысль о том, что это может быть со мной, кажется безумной. Нелепой. А что если.…Рискнуть? Рискнуть все потерять, но – сказать? Скажу. Будет больно, плохо, плакать буду. Уже. Но – скажу. Чтобы не жалеть, что смолчала. Чтобы знал. Да, невозможно. А если, вдруг, случится чудо – то и тогда будет боль, тоска, тревога. Ожидание. Да, будет. Но мы становимся сильнее в страданиях. И пусть он не знает – но я говорю это от чистого сердца, от всей души, что рада, безумно рада, что есть он на земле, этот чудесный человек. И не важно, что он ответит, что подумают. Не важно. Я всеми силами постараюсь стать лучше и, если он захочет – быть, как прежде лишь друзьями (а друзья ли? или – так?), все равно. Может, оно умрет, это тонкое, бесценное чувство. Вот, я даже вижу – чистое, прозрачное, хрустальное. Тоньше крылышек бабочки. Я никогда, никого не любила так… я никогда ничем не была готова пожертвовать. А вот теперь – все отдам. А если - умрет оно? Растает медленно без поддержки? Что тогда? Буду хранить его тень в себе, и этого будет достаточно, чтобы осветить всю мою жизнь. А может – станет оно спокойнее, изменится, будет дружеской, сестринской любовью? А может….Вдруг? Ведь каждый раз, встречая кого-то, кто заставляет как-то не так биться наше нервное, непослушное сердце, мы рискуем, но надеемся – а вдруг? Вдруг это тот, единственный? И лишь тот не поймет и усмехнется этому, у кого уже и сердца-то нет. Я даже плакать не могу. Ну не умею. А вот тогда – заплакала. Впервые за долгое-долгое время. И испугалась его, забоялась все опять испортить, молчала. Никогда так не было. Я долго думала. Я не понимала….я не знала, что это, и пугалась непонятного, острого, болезненно хрупкого и теплого, до слез нежного чувства. Простите. Я не знаю, что такое – полюбить. Но….я не могла ошибиться. Это тоненький, нежный стебелек любви, сильный и слабый.
К сожалению я не ошиблась. Зачем я сказала? Зачем? Так было нужно. Я не могла больше скрывать да и не нужно. Он и так знал. Я ни в чем его не виню. Просто не могу. Но одно лишь скажу в упрек: зачем не сказал раньше, пока было не поздно, если знал? Зачем не предупредил, дал повод надеяться? Да что теперь…Не любит он меня, видишь? Так и сказал. «Ножом по сердцу, да?».Да, любимый, да. Но хотя бы честно. Честный нож у тебя, милый. А что я? Да ничего….У меня тот день и так выдался тяжелый очень. В семье проблемы, с учебой… Я уже с утра плакала(!)представь? Ты же знаешь – я уже много лет не плакала. Даже когда она умерла. А когда узнала….Я замолчала. Потом против моей воли по щекам потекли слезы, и я всю ночь не могла остановиться. Я плакала молча. Может, все не так плохо, раз я сумела заплакать? Одно плохо. Я обычно хорошо ношу маску, а тут не сдержалась и зарыдала на следующий день на людях. Дура. Правда, я спрятала лицо. Но все равно. Ты никогда не слышала как я рыдаю? Жалобно, как маленький ребенок. Так и хочется поставить кучу улыбок-смайликов. До чего же я смешна и наивна. Я же умом-то понимала, что нельзя ждать другого ответа. Но сердцем…Сердцем-то верила! Ну вот и поплатилась. А теперь у меня испуганные глаза. Интересно, это всегда будет? Я всегда буду так дрожать? Слушай, а почему мне так тяжело дышать? Как будто на грудь положили что-то, что весит ужасно много…Вот странно. Может, нервы, а? Иначе почему я так дрожу? Почему мне так холодно?! Объясни, милая! На улице плюс тридцать…
Что еще сказать? Мало будет слов. Мало. Теперь мне нужно постараться изо всех сил, чтобы он забыл, и мы могли остаться друзьями.. мне будет еще больнее, если я потеряю его совсем. Пусть он не любит, но и не ненавидит. А я …Я могу просто тихо любить. Любить и надеяться: вдруг пройдет? Вдруг встречу кого-то лучше, и все сложится счастливо? Хотя сейчас я не могу в это поверить. Не важно, что там будет со мной. Только бы он был счастлив, только бы было у него все хорошо….Ты не веришь? А зря. Я говорю это от чистого сердца. Ну да ладно. Хотя мы с ним и похожи, но я не такая как он. И чувствую не так. Я сильная. Ты-то знаешь. «Я не встречала никого сильнее духом» так ты говорила? Я переживу…И выживу…На зло и вопреки.
PS:слушай, я тут подумала, что не стоило бы никому показывать эти послания. Очень личное. Как ты думаешь?
Я надеваю хрупкую броню –
От мира и живущих защититься.
И не собьется шаг. Опять в строю
Не важно что еще могло случиться.
Броня моя – сережки, кольца, брошь,
Помада, тушь, узорное распятье.
Не думай, милый. Ты же не поймешь
Какое для меня любовь проклятье.
Поярче подведу себе глаза,
А взгляд укрою блеском или тушью.
Пускай моя случайная слеза
И мне самой покажется игрушкой.
« Ножом по сердцу?» Да, любимый. Да.
Ножом, стилетом, ядом, кислотою.
Но боль не покажу. Я так горда…
Одна останусь с этой пустотою.
Я не любила больше никого
Так, как тебя. Но – не судьба похоже.
Я пожелаю только одного :
Тебе не испытать такого тоже.
***
22.05.2007Череповец.

[Фантасмагория]

Правда жизни во всей её "красе"!
Странно, но даже читая вашу прозу,мне казалось,что это лирика...Много чувств, хорошо описанных и раскрытых в тексте.
В принципе мне понравилось...

[Дочь железного дракона]

Спасибо)

[Фантасмагория]

Дочь железного дракона, а эти рассказы автобиаграфичны? или плоды вашей фантазии?

[Каса Моор-Бар]

мама дорогая.....
девочка моя, ты меня, мнолетпроживщую тетку, заставила расплакаться!
спасибо тебе и за искренность, и за талант твой, и за то, что что мне повезло узнать твое творчество.
Пиши дальше обязательно.

[Дочь железного дракона]

Пожалуйста. Это вам спасибо, что оценили) Обязательно напишу. В скором времени докропаю рассказ Звуки в тишине. А произведения мои автобиографичны, да..

[Дочь железного дракона]

Мне очень стыдно, но я все еще не дописала рассказ) Просто, честно, так устаю, что прихожу домой - и спать...

[Фантасмагория]

Дочь железного дракона, не расстраивайтесь! мы подождём и гнать в шею Вас не будем!

[Lilian]

Дочь железного дракона, мне такпонравились Ваши рассказы! Вы просто волшебница! Так необыкновенно рассказать о самых обыкновенных вещах!

[Дочь железного дракона]

я рада что вам понравилось))Фантасмагория,
спасибочки)

[Дочь железного дракона]

Вот! Дописала! Судите! Пишите, если заметите ошибки, ляпы и всякое такое. Все пишите. И мысли, буде такие возникнут)
Тени
Знаете, что если, сидя в помещении с гладким и твердым полом, от которого хорошо отражаются звуки и где непрерывно ходят люди, прислушаться и, выделяя из толпы только перестук каблучков, посидеть так некоторое время, становится очень страшно? Попробуйте. Это какой-то необычный, неуловимый, вкрадчивый страх. Наверное, похоже, как если бы вы вдруг остались одни во вселенной и слышали из вечности в вечность один и тот же, невероятно чужой, опасный и в то же время неизбывно любимый голос. Многие мои знакомые попались на этот нехитрый трюк и теперь признаются в желании делать так снова и снова. На что только не способен человек ради новой порции адреналина.
*****************************************************************************
Что можно делать обожженными пальцами? А что – опустошенным сердцем? Сидеть и молчать. Вот и молчу. Сижу. Наблюдаю, как по моему равнодушному, некрасивому лицу движутся призраки теней. Призраки. Просто уходит полуденное солнце и от них остается лишь тень. Странно, да? Тень от тени. А лицо мое некрасиво потому, что равнодушно. Я знаю, что притягивает взгляд ко мне. Причудливая смена эмоций. Разнообразные, тончайшие паутинки – чувства. Мое лицо выразительно. Но я с горечью полагаю, что некрасиво. Не достаточно красиво для тебя. Я люблю красивые вещи и красивых людей, которые для меня то же, что вещи. Красивые цветы, книги, сказки. Причудливые песни, пейзажи, голоса….Мне порой кажется, что вся моя жизнь подчинена странной фантасмагории, стремлению к извечной красоте, этому чистейшему спасению мира. И не нужно говорить мне: « не родись красивой…», не нужно слов о бренности, тленности, порочности красоты, особенно человеческой. Мне никогда не бывать красавицей, но я ежечасно благодарю Бога за то, что он дал мне привлекательное лицо и неплохую фигуру. Мне, в общем-то, не на что жаловаться. Я не обделена ничем, кроме разве что способностей к математике, но все же.…Все же, как бы мне хотелось быть настоящей красавицей. Впрочем, я уже смирилась с этим, и желание мое потускнело и поблекло. Теперь я разглядываю его как старинную, золотую ложку на кружевной салфетке. Милый, но совершено ненужный и непригодный предмет. Разве что – сдать в ломбард. Может, хоть денег дадут.
Тени теней не оставят следа. Оставят след слезинки на щеках и тело забьется в судороге, горло сожмется не в силах выдавить рыданий, запнутся часы, отсчитывая минуты жизни , обрушатся тонкие стенки барьера и в глазах отразится безумие. Это произойдет если сказать мне…Если сделать очень больно. Запнусь, уроню, что в руках, упаду или скорчусь – от удара. Он сильнее. Плакать, плакать, пока не загорятся глаза. Выплакать, взвыть и воем выкричать все. Сдержать руки, что мечутся в поисках ножа – ножниц – стекла ; вонзить – отрезать волосы – разбить. Сдержать безумие. Долго плакать. Потом – пустота. Оцепенение. Отупевшим от слез взглядом проводить маму и тихонько снова заскулить-заплакать. Нет, ничего нельзя делать обожженным сердцем
Что можно сделать бесполезной мечтой? Предчувствием чуда, которое не покидает меня всю жизнь. Вот, знаете, даже не дежавю, а что-то другое, если иногда вижу, проходя по улице какие-нибудь непримечательные, но для меня, почему-то привораживающие пейзажи, картины, события. Вот как-то: первый этаж старого, облупившегося блочного дома, запах сырой штукатурки, открытое настежь окно с облупленной рамой. Загляните – там пусто. Может – ремонт? Или нет никого? Но на столе газета, а на окне – засохшая герань. А на улице – осень. А стена внизу облупилась и видна кирпичная кладка, заходящее солнце освещает кирпичный кусок стены и в теплом, южно-оранжевом свете замечаешь вьюнок, что тянется к подоконнику…Почему-то, когда вижу освещенные весенним солнцем гладкие стены – на ум приходит Испания. Но я никогда не была там, и даже по телевизору не видела ее. Я не смотрю телевизор. А черное небо напоминает зиму, эльфийскую зиму. Только не смейтесь пожалуйста, я верю в эльфов. Как бы объяснить…Просто я чувствую, что такое волшебное, неуловимое и неясное присутствует почти везде. Даже в таких не романтичных, грязных, индустриальных городах, как наш. Нет, я не утверждаю, что эльфы сейчас где-то рядом с нами (хотя иногда ощущение волшебства и нереальности усиливается просто невероятно), вероятно, они жили здесь раньше или, может быть, затаились где-то…Не знаю. В общем если я чувствую такое странное, то почему бы и не быть эльфам? Да и просто я очень восхищаюсь этими необычайными существами ( хотя современная литература и затаскала и опошлила их до невозможности) и мне ужасно хочется, чтобы они все-таки существовали. Я так сильно этого хотела, что теперь твердо уверилась в этом. « Мы вернемся, когда придет зима, когда белый снег будет тихо кружиться, засыпая поля и города, когда будет молчать лес в ледяном уборе, когда морозные оковы опутают реки, когда мир в белом безмолвии будет вспоминать лето. Мы придем неслышно, вслед за людской печалью, вслед за мечтами тех, кто еще умеет мечтать о прекрасном. Под песню вьюги ворвемся мы в сны тех, кто вопреки насмешкам и упрекам, здравому смыслу и действительности верит в нас. Мы придем, потому, что земля не может вечно оставаться без волшебства. Мы – фэйри.»Из моего одноименного рассказа Фэйри, который никогда не будет опубликован.
И, в общем - то, зачем все эти слова? Не знаю. Просто…Может кто-нибудь увидит здесь что-то родное, знакомое и улыбнется. Или побродит в хитросплетении звуков и слов и с непонятным чувством отложит белые листы. Или просто не станет читать такую белиберду .Это только еще один листок из дневника моей запутанной души.
Я поверю в зимнюю сказку,
И в холодные ночи поверю.
Я оставлю открытыми двери,
Я заброшу привычную маску,
Я поверю в печальную ласку
И всему, что я вижу – поверю.
Я останусь мелодией скрипки,
И твоими стихами останусь.
Я без боли с собою расстанусь,
Я расстанусь с тобой без улыбки,
Я забуду печаль и ошибки.
И звездой на рассвете останусь.
**************
Череповец,19.11.07

[Рэна]

Дочь железного дракона, просто нет слов. Сказать "замечательно" - невыразительно, сказать "супер" - слишком вульгарно...Ну разве что "потрясающе"...Действительно потрясает.
Вашим творениям присуще особое настроение и какая-то своя, ни с чем не сравнимая мелодия...И особенные краски. Вот это, наверное, и есть талант.

[Дочь железного дракона]

Спасибо) Очень-очень) Знаете, я хочу быть гением Как Пушкин или Лермонтов...

[Blacknikola]

Дочь железного дракона, добавлю к Рэне: Браво.

[Дочь железного дракона]

Спасиба)